On the definition of «military property»

Full Text

ВВЕДЕНИЕ

В настоящий период государство и общество уделяет особое внимание сохранности имущества, в том числе военного как материальной основе жизнедеятельности и укрепления обороноспособности страны. Сохранность военного имущества является одним из ключевых элементов обеспечения национальной безопасности государства. Военное имущество предназначено для выполнения боевых, управленческих и обеспечивающих функций Вооруженных Сил Российской Федерации, а его утрата, уничтожение, повреждение либо нарушение установленного порядка сбережения способны оказать негативное влияние на выполнение задач военной службы.

Особую актуальность исследуемая проблематика приобретает в современных условиях изменения характера вооруженных конфликтов и повышения требований к обеспечению обороноспособности государства. В этой связи существенно возрастает значение эффективной уголовно-правовой охраны военного имущества как одного из элементов обеспечения боевой готовности государства.

РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ

Повышенной общественной опасностью характеризуются преступления против военной службы, совершенные в особые периоды: мобилизации или военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий¹.

Уголовное законодательство в сфере сохранности военного имущества существенно реформируется, так 24.09.2022 г. Федеральный закон № 365-ФЗ внес изменения в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Статья 346 УК РФ была дополнена частью третьей, устанавливающей ответственность за деяния, предусмотренные частями первой или второй статьи, совершенные в период военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий. Часть 1 статьи 347 УК РФ была изложена в следующей редакции: уничтожение или повреждение по неосторожности оружия, боеприпасов или предметов военной техники, повлекшие тяжкие последствия, а ч. 2: те же деяния, совершенные в период военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий. Статья 348 УК РФ также была реформирована: по ч. 1 теперь наказуемо нарушение правил сбережения вверенных для служебного пользования оружия, боеприпасов или предметов военной техники, если это повлекло по неосторожности их утрату, а по ч. 2 – то же деяние, совершенное в период военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий² [2].

Федеральным законом от 23.11.2024 № 410-ФЗ внесены изменения в федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих», согласно которому установлены условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу воинской части. Также указано, что граждане, пребывающие в добровольческих формированиях, предусмотренных Федеральным законом от 31 мая 1996 года № 61-ФЗ «Об обороне», привлекаются к материальной ответственности за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей по контракту о пребывании в добровольческом формировании имуществу³. Нельзя не отметить директиву министра обороны РФ от 12.05.2009 № Д-44 «О мерах по обеспечению сохранности и законному использованию военного имущества, материальных и денежных средств в Вооруженных Силах Российской Федерации и возмещению причиненного государству ущерба»⁴.

Для мер уголовно-правового характера противодействия уничтожению и повреждению военного имущества необходимо четко определить понятие и виды военного имущества как предмета преступлений, предусмотренных главой 33 УК РФ. Данная проблема неоднократно отмечалась в научной литературе. Так, А. В. Баженов указывал, что «отсутствие определенности в толковании понятий «оружие», «боеприпасы» и «военная техника» во многом затрудняет правоприменительную деятельность»⁵.

В Российской Федерации юридическое содержание предмета преступлений, предусмотренных статьями 346–348 УК РФ, получило развитие в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 мая 2023 г. № 11 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы». Согласно сформулированной правовой позиции высшей судебной инстанции, предметом указанных преступлений являются исключительно оружие, боеприпасы и предметы военной техники заводского изготовления, находящиеся на вооружении либо поставленные на учёт Вооружённых Сил Российской Федерации, других войск, воинских (специальных) формирований и органов⁶.

Несмотря на то, что статьи 346 и 347 уголовного закона Российской Федерации называются «Умышленные уничтожение или повреждение военного имущества» и «Уничтожение или повреждение военного имущества по неосторожности», в диспозиции они содержат иной предмет, на который посягают виновные, – это оружие, боеприпасы и предметы военной техники. Считаем, что для единообразного толкования данного термина необходимо скорректировать все действующие нормативные акты, определяющие понятие «военное имущество».

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ по делам о преступлениях против военной службы и некоторых должностных преступлениях, совершаемых военнослужащими, указано, что по сравнению с ранее действовавшим Уголовный кодекс РФ ограничил круг предметов военного имущества, уничтожение, повреждение или утрата которых влечет уголовную ответственность. К ним в соответствии со ст. 346, 347 и 348 УК в настоящее время относятся оружие, боеприпасы или предметы военной техники. Считаем данный перечень достаточно узким для эффективного сохранения всего массива военного имущества в настоящий период.

Следует учитывать, что в целом военное имущество включает в себя значительный по стоимости и технической ценности материальный актив, который может быть как движимым, так и недвижимым.

Так, в Постановлении Правительства РФ от 15.10.1999 № 1165 «О реализации высвобождаемого движимого военного имущества» предусмотрен перечень движимого военного имущества (кроме вооружения и боеприпасов), состоящий из 117 пунктов, начиная с авиационных двигателей, редукторов, запасных частей и агрегатов к ним, а также агрегатов несущих систем летательных аппаратов и заканчивая ломом черных и цветных металлов, продуктами утилизации демилитаризованных вооружения и военной техники в разделанном и неразделанном виде, включая отходы, образующиеся в процессе уничтожения химического оружия, жидкие металлы⁷.

Постановление Правительства РФ от 24.06.1998 № 623 «О Порядке высвобождения недвижимого военного имущества войск национальной гвардии Российской Федерации, воинских формирований и органов» к таковому относит «недвижимое имущество, находящееся в оперативном управлении войск национальной гвардии Российской Федерации, воинских формирований и органов, а также в хозяйственном ведении или оперативном управлении предприятий и организаций, находящихся в системе соответствующих федеральных органов исполнительной власти»⁸.

В приказе министра обороны РФ от 03.06.2014 № 333 «Об утверждении Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации», зарегистрированному в Минюсте России 19.09.2014 г. № 34097), говорится о «войсковом (корабельном) хозяйстве», которое включает в себя «материально-техническую базу, вооружение, военную и специальную технику и другие материальные ценности соединений (воинских частей), земельные участки, а также отношения, возникающие в процессе хозяйственной деятельности». Там же указано, что к «материальным ценностям соединения (воинской части) относятся все виды ВВСТ, боеприпасы, горючее и смазочные материалы, продовольствие, вещевое имущество и другие материальные ценности соединения (воинской части)»⁹.

Федеральный закон от 12.07.1999 № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» не дает определение термину «военное имущество», но определяет понятие «имущество воинской части» – недвижимое и движимое имущество, в том числе вооружение, военная и специальная техника, специальные средства, денежные средства (деньги), денежные документы, ценные бумаги, бланки документов строгой отчетности, другие материальные средства, являющиеся собственностью Российской Федерации и закрепленные за воинской частью¹⁰.

В приказе министра обороны РФ от 28.12.2013 № 969 «Об утверждении Руководства по содержанию вооружения и военной техники общевойскового назначения, военно-технического имущества в Вооруженных Силах Российской Федерации» определен порядок содержания вооружения и военной техники общевойскового назначения, военно-технического имущества в воинских частях Вооруженных Сил Российской Федерации в мирное время. Под вооружением и военной техникой общевойскового назначения в Руководстве понимаются: ракетно-артиллерийское вооружение; бронетанковое вооружение и техника; военная автомобильная техника; воздушно-десантная техника; технические средства наземного обеспечения полетов авиации; наземная техника связи и автоматизированные системы управления; техника специальной связи; наземная техника помех радиосвязи и радионавигации; вооружение и средства радиационной, химической и биологической защиты; средства инженерного вооружения; топографическая техника и имущество; технические средства метрологии; техника и технические средства служб тыла; медицинская техника; технические средства обучения и воспитания. А под военно-техническим имуществом в Руководстве понимаются: сборочные единицы, детали и комплектующие изделия в соответствии с каталогами и комплектовочными ведомостями образцов ВВТ, используемые для поддержания ВВТ в установленной степени готовности к использованию по назначению; оборудование, приспособления, инструмент и принадлежности для обеспечения эксплуатации и ремонта ВВТ»¹¹.

В этой связи считаем не совсем верным, почему законодатель ограничил уголовную ответственность за умышленное или неосторожное уничтожение или повреждение военного имущества только оружием, боеприпасами или предметами военной техники.

На наш взгляд, в данный период все движимое и недвижимое военное имущество, указанное в вышеприведенных документах, должно быть поставлено под уголовно-правовую охрану.

Рассмотрим действующую судебную практику и разъяснения высшей судебной инстанции. Так, в п. 80 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.05.2023 № 11 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы» указано, что военное имущество, являющееся предметом преступлений, предусмотренных статьями 346, 347 и 348 УК РФ, ограничивается только оружием, боеприпасами и предметами военной техники заводского изготовления, находящимися на вооружении (поставленными на учет) Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских (специальных) формирований и органов.

При этом под оружием понимается техническое устройство, конструктивным предназначением которого является поражение живой или иной цели. Предметом данных преступлений являются не только те виды оружия, оборот которых регламентируется Федеральным законом от 13 декабря 1996 года № 150-ФЗ «Об оружии», но и иные виды оружия, на которые действие этого закона не распространяется. Считаем, что для правоприменения должно быть нормативно разъяснено, что в таком случае относится к «иным видам оружия».

Боеприпасами в указанных статьях названы предметы вооружения и метаемое снаряжение, предназначенные для поражения цели и содержащие разрывной, метательный или вышибной заряды либо их сочетание (например, патроны к стрелковому оружию, артиллерийские, минометные, гранатометные, противотанковые реактивные и иные снаряды).

Под предметами военной техники понимаются различные технические устройства, являющиеся, в частности, средствами ведения либо обеспечения боевых действий, а также их компоненты (составные части). Такими предметами являются, например, комплексы различных видов оружия и средств обеспечения его боевого применения, в том числе средств доставки, системы наведения, пуска, управления (зенитно-ракетные комплексы и др.), танки, боевые машины пехоты, бронетранспортеры, бронеавтомобили, военные летательные аппараты, военные корабли и их компоненты (в частности, двигатель, вооружение, блоки приборов), прицелы, взрывные устройства (гранаты, мины, авиационные и глубинные бомбы и т. п.), а также приспособления для инициирования их взрыва (запал, взрыватель, детонатор и т. п.), находящиеся отдельно от самого изделия»¹².

Проанализируем существующую судебную практику. Например, в кассационном определении Кассационного военного суда от 29.02.2024 № 77-115/2024 (УИД 61GV0010-01-2023-000011-17) описан случай, где Т. был признан виновным в тайных хищениях имущества Минобороны России – деталей, содержащих цветные металлы, из комплектов <данные изъяты>, совершенных им как в составе группы лиц по предварительном сговору, так и лично. Здесь можно предположить, что, скорее всего, умыслом виновного охватывалась только цель обогащения, а не повреждение военного имущества.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ по делам о преступлениях против военной службы и некоторых должностных преступлениях, совершаемых военнослужащими, было приведено два примера.

Военным судом (войсковая часть 10706) в отношении матроса Митинского было установлено, что он проник в помещение боевого поста корабля и изъял из радиотехнического комплекса «Привод-В» 97 электронных плат с микросхемами, содержащими драгоценные металлы. Эти действия наряду со ст. 158 УК квалифицированы судом по ч. 2 ст. 346 УК как умышленное повреждение всего радиотехнического комплекса, повлекшее тяжкие последствия.

В то же время при рассмотрении тем же судом дела матросов Смородова и Царюка аналогичные действия виновных, выразившиеся в изъятии из комплекса «Привод-В» 51 платы, их разрушении и похищении содержащихся в платах золотосодержащих микросхем, расценены судом как умышленное уничтожение самих плат. Учитывая стоимость уничтоженного имущества, содеянное, как и в первом случае, наряду со ст. 158 УК РФ квалифицировано судом по ч. 2 ст. 346 УК (по признаку причинения тяжких последствий).

Причинение при сходных обстоятельствах одного вида ущерба военному имуществу получило при рассмотрении двух уголовных дел разную правовую оценку. Предметами военной техники в указанном контексте являлись как сами комплексы «Привод-В», так и входящие в их состав электронные платы с микросхемами.

Следует подчеркнуть, что суммы причинённого военнослужащими ущерба могут быть крупными, а в случае выхода из строя военной техники трудновосполнимыми по времени и трудозатратам. Так, в апелляционном определении Южного окружного военного суда от 01.09.2023 г. № 22-363/2023 (УИД 61GV0010-01-2023-000011-17) было указано, что согласно заключениям экспертов-товароведов от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ №… и №… стоимость деталей, похищенных с двух изделий Р-325 У (на базе автомобилей УРАЛ-4320 с военными номерами №… и №…), составила 27562 руб. 80 коп., а с изделия Р-325 УМВ (на базе автомобиля УРАЛ-4320 с военным номером №…) – 224972 руб. 34 коп. По заключению комиссии экспертов-техников от ДД.ММ.ГГГГ №… изделие Р-325 УМВ (на базе автомобиля УРАЛ-4320 с военным номером №…) относится к боевой группе эксплуатации автомобильной техники и непригодно для использования по причине отсутствия похищенных деталей.

Еще большие суммы ущерба были описаны в апелляционном определении Центрального окружного военного суда от 26.08.2021 г. № 22-150/2021 (УИД 66GV0001-01-2020-000495-33), в котором был рассмотрен случай, когда в 2018 г. командир взвода связи войсковой части N Скворцов, его подчиненный – старший радиотелеграфист Ш. и Г. (осужден вступившим в законную силу приговором Екатеринбургского гарнизонного военного суда от 17 августа 2020 г.) договорились о хищении из автомобильной техники связи, находящейся на хранении на открытой площадке и в парке боевых машин названной воинской части в г. Екатеринбурге, деталей, содержащих драгоценные металлы.

С указанной целью с 3 на 4 декабря 2018 г. С., Ш. и Г., распределив между собой роли, из станции <данные изъяты>, находящейся на открытой площадке войсковой части N, тайно похитили детали на сумму 23 564,88 руб.

Продолжая задуманное, с 12 на 13 декабря 2018 г. Ш., исполняя специальные обязанности помощника дежурного по парку боевых машин войсковой части N, открыл имевшимся у него по службе ключом двери хранилища N, обеспечив беспрепятственное проникновение в него С. с Г., после чего последними из аппаратной N тайно похищены детали на 364 234,12 руб.

С 30 на 31 декабря 2018 г. С. и Г. из аппаратной N тайно похитили детали на 535 156,89 руб. Не останавливаясь на этом, с 5 на 6 января 2019 г. С. и Г. проникли в хранилище N парка боевых машин войсковой части N, где тайно похитили детали из аппаратной N – на 240 703,45 руб. и из 4-х радиорелейных станций – на 2 787 016,9 руб., 1 707 501,3 руб., 2 336 345,84 руб. и 2 133 357,86 руб. соответственно.

Стоимость похищенного осужденными и Г. имущества Минобороны России с учетом его износа составила 10 127 881,24 руб., восстановительный ремонт военной техники был оценен в 14 945 934,84 руб.

В данном примере для нашего исследования важно, что стоимость ремонта и восстановления военного имущества составила 14 945 934,84 руб., что выше, чем стоимость похищенного военного имущества – 10 127 881,24 руб. Считаем, данный факт обязательно должен учитываться судами при определении ответственности виновных.

Такой же вывод сделал суд, решение которого описано в Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ по делам о преступлениях против военной службы и некоторых должностных преступлениях, совершаемых военнослужащими, где было указано на ошибку иного характера, допущенную Спасск-Дальним гарнизонным военным судом по делу рядового Г., признанного виновным в тайном хищении радиатора охлаждения двигателя боевой гусеничной машины и осужденного на основании ст. 158 УК. Исключая из обвинения Головенко ч. 1 ст. 346 УК, суд указал, что умысел виновного был направлен именно на хищение радиатора охлаждения, и при его отсоединении от машины какие-либо повреждения последней причинены не были. Между тем судом оставлено без внимания то обстоятельство, что без радиатора охлаждения эксплуатация боевой гусеничной машины была хотя и временно, но абсолютно исключена, что является характерным обязательным признаком повреждения военного имущества. Таким образом для квалификации деяний по ч. 3 ст. 346 УК РФ суды учитывают не только стоимость поврежденного военного имущества, но и тяжкие последствия, наступающие в результате невозможности дальнейшего использования или эксплуатации такого имущества.

Далее следует остановиться на мнении И. Ю. Соловьева, что в ст. 346 УК РФ взрывные устройства (гранаты, мины, авиационные и глубинные бомбы и т. п.) в качестве предмета преступления специально не выделяются, хотя данное понятие, наряду с оружием и боеприпасами, широко используется в других статьях Особенной части УК РФ, в том числе и о некоторых преступлениях против военной службы (например, ч. 2 ст. 344 УК РФ) [2, с. 74–78].

Автор прав, что предметом преступления, предусмотренного ст. 346 УК РФ, считает необходимым признать «не только состоящие на вооружении в Вооруженных Силах Российской Федерации оружие, боеприпасы или предметы военной техники, но также и оружие, боеприпасы или предметы военной техники, захваченные в период военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий в качестве военных трофеев. Каких-либо причин исключать уголовную ответственность для военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации при уничтожении или повреждении ими военных трофеев, т. е. того оружия, боеприпасов и военной техники, которые были захвачены у противника и которые можно использовать в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий, не усматривается [2, с. 74–78].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ И ВЫВОДЫ

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что законодатель должен расширить описание предметов преступлений, предусмотренных ст. 346 и 347 УК РФ, включив в понятие «военное имущество» не только оружие, боеприпасы или предметы военной техники, но и все недвижимое и движимое имущество, в том числе вооружение, военную и специальную технику, специальные средства, другие материальные средства, являющиеся собственностью Российской Федерации и закрепленные за воинскими частями, в том числе захваченные в период военного положения, в военное время либо в условиях вооруженного конфликта или ведения боевых действий в качестве военных трофеев.

 

¹ Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 мая 2023 г. № 11 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2023. № 7.

² Федеральный закон от 24 сентября 2022 года № 365-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и статью 151 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2022. № 39. Ст. 6535.

³ Федеральный закон от 23.11.2024 № 410-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О материальной ответственности военнослужащих» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2024. № 48. Ст. 7217.

⁴ Директива министра обороны РФ от 12.05.2009 № Д-44 «О мерах по обеспечению сохранности и законному использованию военного имущества, материальных и денежных средств в Вооруженных Силах Российской Федерации и возмещению причиненного государству ущерба» // Гарант. URL: https://base.garant.ru/6736401/ (дата обращения: 24.06.2026).

⁵ Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 мая 2023 г. № 11 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2023. № 7.

⁶ Там же.

⁷ Постановление Правительства РФ от 15.10.1999 № 1165 «О реализации высвобождаемого движимого военного имущества» // Российская газета. 1999. 11 дек. (№ 246).

⁸ Постановление Правительства РФ от 24.06.1998 № 623 «О Порядке высвобождения недвижимого военного имущества войск национальной гвардии Российской Федерации, воинских формирований и органов» // Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. № 26. Ст. 3080.

⁹ Приказ Министра обороны РФ от 03.06.2014 № 333 «Об утверждении Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации» : (Зарегистрировано в Минюсте России 19.09.2014 № 34097) // Гарант. URL: https://base.garant.ru/70747768/?ysclid=mqrwqnbbyc869392483 (дата обращения: 24.06.2026).

¹⁰ Федеральный закон от 12.07.1999 № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» (ред. от 23.11.2024) // КонсультантПлюс. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_23472/ (дата обращения: 24.06.2026).

¹¹ Приказ Министра обороны РФ от 28.12.2013 № 969 «Об утверждении Руководства по содержанию вооружения и военной техники общевойскового назначения, военно-технического имущества в Вооруженных Силах Российской Федерации» : (документ утратил силу с 01.10.2024) // Гарант. URL: https://base.garant.ru/403762250/ (дата обращения: 24.06.2026).

¹² Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 мая 2023 г. № 11 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о преступлениях против военной службы» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2023. № 7.

About the authors

Liudmila A. Bukalerova

National Research University «Moscow Power Engineering Institute» (MPEI); State University of Management; Peoples' Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba (RUDN University)

Email: l_a_buka@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-2794-5074

Doctor of Law, Professor, Professor at the National Research University «Moscow Power Engineering Institute» (MPEI), Professor at the State University of Management, Professor at Peoples' Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba (RUDN University)

Russian Federation, Moscow

Ilya N. Novikov

VNIIPO of the Russian Ministry of Emergency Situations

Email: novikov.9898@mail.ru

Head of the Research and Development Sector for Fire Automation Standards

Russian Federation, Balashikha

Alexander V. Ostroushko

Financial University under the Government of the Russian Federation

Author for correspondence.
Email: avostroushko@fa.ru

Candidate of Law, Associate Professor

Russian Federation, Moscow

References

Supplementary files